![Скажи беспределу - НЕТ!](/uploads/antizapret.gif)
По словам собеседника, жена и сын Владимира Антонова (это его вторая семья) проживают за пределами РФ, а сам он один пребывал в большом коттедже на Рублевке. В начале декабря Владимир заехал к родителям, встречался с друзьями. А потом, вдруг, резко пропал. Когда его полное молчание продолжалось три дня, к нему в коттедж поехала близкая родственница. Все указывало на то, что Владимир внутри, но дверь никто не открывал. Тогда на место отправился отец Владимира Александр – тоже в прошлом крупный банкир, переживший два покушения, одно из которых организовал Адам Делимханов. У него были ключи. Внутри коттеджа никого не было, при этом все указывало, что Владимир должен быть внутри. На месте стоял его личный Мерседес, при входе лежали ключи, документы, сумка, личные вещи.
Сторож коттеджа (единственный, кто из прислуги проживал на месте постоянно) рассказал, в день, когда предположительно пропал Атонов, тот приехал поздно вечером на своем Мерседес и вскоре зажегся свет в кабинете. Там видно было Антонова через окно, он работал в кабинете несколько часов. Потом сторож «шефа» не видел.
![«Коррупционные деньги надо было куда-то парковать»](/uploads/posts/2024-03/1709527863_antonov-v-statyu.jpeg)
Владимир Антонов был когда-то довольно успешным банкиром (правда, всегда с репутацией участника схем по отмыванию денег), купил банк в Прибалтике, футбольный клуб Portsmouth и автокомпанию Spyker Cars N. V. В Великобритании. Даже вел переговоры о покупке автогиганта SAAB, Однако, потом в Евросоюзе на него были возбуждены дела и он вынужден был по поддельному паспорту сбежать в РФ. В России Антонов вскоре угодил в СИЗО по обвинению в хищении средств банка «Советский». Однако, получил небольшой срок, по выходу пытался купить разные банки, но безуспешно. Впрочем, от участия в различных финансовых операциях Антонов не отказался и пустился в последние годы «во все тяжкие».
![](/uploads/posts/2024-03/1709527900_landromatchiki-v-statyu.jpeg)
«Исчезновение» Владимира произошло в момент, когда этим показания дали ход и началась работа в отношении неизвестных участников (в том числе проживающих за пределами РФ)/ В распоряжении Rucriminal.infoоказались показания Владимира и Александра Антоновых, которые мы будем публиковать ближайшие дни:
«Допрос свидетеля Антонова Владимир Александрович
На вопросы суда:
Где работаете?
Работаю в фонде защиты прав инвесторов иностранных организаций советником.
Кто-то из подсудимых Вам знаком?
Коркин, Соболев и Пахомов знакомы, остальные нет. …
Расскажите, пожалуйста, где, когда и при каких обстоятельствах познакомились с Соболевым?
Наверно, для начала надо рассказать о том, как начиналась вся эта история. Собственно, тема, которая рассматривая данным судом называется «Молдавская схема» или «Ландромат». Мне известно с середины 2000-х годом и, собственно, эту историю запустил в свое время Вячеслав Платон. Это известный молдавский банкир-предприниматель, в том время он владел «Молдинком» банком. Соответственно, схема развивалась достаточно вяло до конца кризиса 2008 года в связи с тем, что платежи через молдавские банки были достаточно рискованными, были банки, которые исполняли такие платежи гораздо более эффективно: прибалтийские, кипрские, швейцарские, люксембургские и тд. После 2008 года комплайенс процедура в этих странах были существенно ужесточены, и многие банки стали отказываться от обслуживания таких платежей в массовом порядке. Поэтому возникла история, связанная с тем, чтобы обслуживать такой денежный поток через Молдавию, в которой комплайенс был слабый по сравнению со странами Евросоюза…
Соответственно, с Платоном я познакомился в середине 2000-х годов после того, как мы приобрели прибалтийские банки и «Молдинком» банк являлся корреспондентом этих банков. Собственно говоря, причиной знакомства, как раз, и было то, что природа платежей, которая шла из РФ, мягко говоря, была вне тех комплайенс процедур, которые введены внутри. Соответственно, у нас установился не плохой человеческий контакт, он достаточно профессиональный человек, интересный, и мы договорились о том, что корреспондентские отношения продолжатся, платежи со стороны российских банков прекратятся через наши западные кредитные учреждения. В то время мы владели с семьей достаточно крупной финансовой группой, которая работала в десятках стран, и, соответственно, была достаточно известной по рынку, поэтому многие работали с банками-корреспондентами и это было выделено в отдельный вид бизнеса. Мы продолжили общение с Вячеславом, поскольку у него были достаточно обширные интересы в Украине, у нас в Украине было два банка, которые работали до конца жизнедеятельности группы достаточно успешно и тоже поддерживали корреспондентские отношения с Молдинком. О том, что схема начала расти и разрастаться я узнал от него на встрече в начале 2012 года в Лондоне, так как оказался там после экспроприации, как они говорят национализации нашего основного банка в Литовской республике. Мы до сих пор в международных судах. На этой встрече Вячеслав достаточно подробно, приглашая нас в этот бизнес, описал суть того, что они делают и с кем они делают. От него я узнал о том, что человеком, который прикрывает по всем фронтам эту историю в Молдавии, является господин Плахотнюк Владислав. С ним я в 2010 году сам разговаривал по телефону на тему открытия молдавских банков в наших иностранных банках и исполнения долларовых платежей.
Но, поскольку мы сильно дорожили долларовыми счетами, он не услышал согласия с нашей стороны, поскольку это привело бы к закрытию таких счетов, а наличие у банка таких счетов в то время являлось очень важным для его дальнейшей жизнедеятельности. Вячеслав достаточно подробно рассказал мне о том, как устроена конструкция, о том, что с Плахотнюком они фактически контролируют 80% финансового рынка Молдавии, что, если честно, вызвало у меня бурный восторг потому, что исполнить контроль над финансовой системой в таком объеме, даже небольшой, но целой страны это круто. Соответственно, они, по сути, чувствовали себя абсолютными хозяевами финансового сектора. Под контролем находился ЦБ, орган по надзору за страховыми компаниями, то есть это действительно был такой, можно сказать, монстр. Если Вы помните, когда навернулась сама схема и бурно освещалось это все в прессе, в том числе в иностранной, оказалось, что в молдавских банках была обнаружена недостача капитала более миллиарда евро, а для Молдавии, для ее фин. сектора это катастрофическая цифра. Там рекапитализация была в результате произведена и тд. Ну и мне было интересно узнать как работает эта вся история. Платон пришел на эту встречу вместе с Германом Валерьевичем Горбунцовым, который в том время еще владел небольшим молдавским банком, по-моему, он назывался «Универсал». Вячеслав, поскольку мы были очень давно знакомы, достаточно подробно рассказал о том, как схема функционирует в Молдавии, кто занимается ее обслуживанием с точки зрения взаимодействия с нац.банком, правоохранительными органами, ну и с улыбкой сообщил о том, что хозяин страны этим и занят. И рассказал как она функционирует в РФ, какие банки уже вовлечены в этот процесс. На мой вопрос «А как же Вы решаете вопросы с регулятором, с правоохранительными органами, так как 2012-2013 и далее это, все-таки, года, когда нельзя было работать, как в начале и середине 2000-х, все было довольно зарегулировано, регламентировано и надзиралось надлежащим образом. Если Вы помните, госпожа Набиулина возглавила ЦБ в 2012 году.
И до нее процедуры были достаточно жесткими. На что я услышал от него, что выстроена целая система взаимоотношений с ЦБ и правоохранительными органами, в частности господин Коркин был человеком, который занимается решением своеобразных вопросов и он же является партнером на территории России господина Плахотнюка. При этом, на сколько я понимаю, согласовывались все лимиты, количество платежей заранее, все это проходило согласование со стороны регулятора и тех органов, которые призваны контролировать регулятора. Все работало достаточно четко. Им же была выставлена система регистрации соответствующих предприятий, на нашем жаргоне они называются «помойки», то есть это компании, которые не ведут реальной хозяйственной деятельности. Как правило, директор не знает о том, что он директор, либо знает о том, что он директор, но не понимает что он возглавляет. Фактически, это компании, через которые проводят существенные объемы денег, и потом они ликвидируются, либо бросаются. Господин Пахомов возглавлял у него такое подразделение внутри РФ. Мы даже посмеялись с Вячеславом потому, что понятно было тогда, что мне придется возвращаться домой из Англии, что с Литвой мы не договоримся, а я не плохо в шахматы играю, а он мне и говорит «вот встретишься с Пахомовым, как раз он тоже в шахматы играет неплохо». Он достаточно подробно описал все механизмы работы, как устроен документооборот, кто за что отвечает, кто какие ведет зоны по обслуживанию «ландромат». При этом сам он в Россию тогда достаточно часто ездил, здесь даже проживал. Он (Платон) в основном занимался клиентской работой, связанной с привлечением новых банков и новых клиентов в оборот всей этой конструкции. Возвращаясь к вопросу государственного обвинителя о том, как я познакомился с Соболевым Алексеем. В 2015 году мы начали переговоры о приобретении банка «Советский» в городе Санкт-Петербурге и подписали с председателем совета и бенефициарным владельцем, как он сам себя декларировал, некое рамочное соглашение о возможности приобретения этого банка. Мы начали стандартную процедуру оценки его финансового состояния. Финансовое состояние банка отличалось, мягко говоря, от идеального. Ну и возникло несколько вопросов к тем транзакциям, платежам и переоформлению акций на достаточно своеобразные молдавские паспорта внутри этого всего дьюдила. Дьюдил – это не только оценка финансового состояния, а общая оценка и юридического состояния банка, и взаимоотношения с контрагентами, то есть всецелая…
![Подписывайтесь на наш канал](/uploads/yandex-zen-cgr.jpg)
![](/uploads/posts/2024-03/1709527920_nabiullina-v-statyu.jpeg)
Кроме того, мы обнаружили еще в Советском банке, меня даже удивило, была такая платформа или площадка «Либерти Резерв» она называлась, достаточно шумная история. Это первый международный интернет-магазин по торговле нелегальной продукцией разнообразной, то есть такие площадки сейчас функционируют везде, а Либерти это был такой пионер. Наверно, не надо объяснять что там продается, все что нельзя продавать в обычной жизни. Соответственно, эта история тоже там обслуживалась какое-то время, после чего эти счета были закрыты. На мой вопрос «А Вы в себе?» ответ Митрушина был «Мы не знали что это такое, их привел Соболев». Поэтому из чего я сделал вывод, что Соболев является достаточно, даже я бы сказал не партнером в банке «Советский», а его бенефициаром реальным, а, соответственно, тот же Вячеслав Платон мне и подтвердил, что делает это все в интересах продолжения работы схемы по незаконному переводу денежных средств за переделы РФ. Несколько раз мы встречались уже после того, как «Советский» перестал быть частным банком и стал государственным. Эти встречи носили эпизодический характер, но, опять же, встречаясь мы понимали, что по-прежнему все функционирует, все работает, и даже Соболев устроил нам, поскольку я был не один во всей этой конструкции, встречу с другим питерским банком, который назывался «Энергомаш». Я не знаю его дальнейшую судьбу на сегодняшний день, но, я так понимаю, что на тот момент этот банк тоже рассматривался на то, чтобы его кто-то купил и, чтобы он встал в эту конструкцию по переводу денег за рубеж. На сколько мне известно, Соболев обслуживал помимо того, что юридическую часть этой конструкции, а именно регистрацию предприятий, оффшорных компаний, балансы в налоговую инспекцию, он также приобретал в интересах Плахотнюка и Платона недвижимость и бизнес-активы как на территории Европы, так и на территории РФ, в Москве, в Санкт-Петербурге. В основном коммерческого назначения для дальнейшей их сдачи в аренду. Если мы говорим о том же Советском, то в его капитале с дефектом формы стоял набор недвижимости, который в результате АСВ не досталось. Дефект формы выглядел очень просто, то есть это, например, здание по свидетельству принадлежащее банку, а согласия жены собственника нет. Поэтому в случае чего по суду эту ситуацию можно было всегда вернуть как бы законным владельцам. Тот же набор недвижимости представлял из себя существенную цифру. По оценке в капитале она составляла 6 миллиардов рублей. Собственно говоря, при таких обстоятельствах мы познакомились с господином Соболевым. Про господина Коркина могу тоже рассказать.
На вопросы государственного обвинителя:
Вы в общих чертах обрисовали всю схему, скажите, пожалуйста, Платон вообще Вас посвящал в тонкости каким образом происходил вывод денежных средств?
Платон очень профессиональный парень и знает этот бизнес в деталях, и начинал он в конце 90-х, поэтому когда он встречался с банками, а особенно с банкирами или банковскими служащими, они прекрасно понимали что это. Это было прикрыто отчетом очень хорошей международной юридической компании «Тентенс». Этот отчет показывался всегда, где был сделан вывод о том, что данная операция не носит незаконный характер, она вполне нормальная. Однако есть бумага, а есть сутевые вещи, и любой человек, владеющий банком на территории этой страны, Украины, неважно, прекрасно понимает что это. То есть мы прекрасно понимаем, что эта транзакция не стандартная и она не несет в себе реальный бизнес. То есть это совершенно другого вида транзакция. Я могу пояснить в двух словах. Это выглядит следующим образом. Есть реальные бизнес взаимоотношения между экспортерами и импортерами, и есть нереальные. Их нереальность заключается в том, что для того, чтобы максимально дешево ввести сюда продукцию нужно заплатить «криво» для того, чтобы на таможне не уплатить таможенные сборы в полном объеме и НДС. Делается это очень просто. Вместо того, чтобы ввести мебель дорогущую, в контейнер кладется по бумагам доска или какие-нибудь табуретки. На таможню это заезжает как табуретки, уплачивается таможенный сбор с табуреток и не уплачивается НДС в полном объеме. Это первое что делается. Второе – это обычные коррупционные деньги, которые невозможно сложить нигде кроме как по известным квартирам, их надо куда-то парковать. …Поэтому их надо отправить за границу через длинную цепочку, придать видимость деятельности какой-то компании, которая будет их в итоге парковать в конце в Швейцарии, Люксембурге или где-либо еще, и туда они попадают уже отмытые и отбеленные. Существовала раньше масса способов это сделать, то есть это горы контрактов о том, что компании ведут реальную хозяйственную деятельность, конечно, они никакую ее не ведут и очень быстро умирают. Например, вы платите за электронику «Самсунг» почему-то какой-то оффшорной лавке, хотя вы можете заплатить на «Самсунг». Это делается для того, чтобы ввезти телефон по цене не 500 долларов и платить поменьше казне. И вторая часть очень важная, это отмывка, то что называется отправка и парковка за границей денег, то есть это, к сожалению, есть такая беда. Эта схема отлично с этим справлялась.
Платон рассказывал каким образом эта схема должна была действовать?
Да, конечно. Он не мог мне не рассказать каким образом она работает потому, что мне было интересно, я его сам спрашивал. Работает она достаточно примитивно. На территории России в российских банках и на территории Молдавии в молдавских банках открывают взаимные корр.счета, которые на банковском языке называются …, то есть наш счет у вас и ваш счет у нас. Дальше в российских банках открывается набор российских предприятий, в иностранных банках набор иностранных предприятий. И у вас существует два способа отправки денег туда. Первый – это генерация поддельный или несуществующих контрактов по экспортно-импортным операциям, а второй – это исполнение решений иностранных судов на территории России. Раньше это все работало легко и спокойно. Поскольку в Молдавии господин Плахотнюк контролировал не только ЦБ, но и судебную систему такие решения выписывались достаточно легко и быстро. Далее, учитывая, что Молдавия является бывшей Советской республикой, наши судебные органы должны были такие решения применять и выдавать соответствующие исполнительные листы, так как там суд принял такое решение, у нас есть соглашение с Молдавией на эту тему. После чего этот исполнительный лист предъявляется в банк и идет отправка денег. Соответственно, российский банк продает валюту молдавскому банку, а молдавский банк в свою очередь исполняет валютный платеж на свой корр.счет уже в настоящий какой-то банк импортный и откуда идет рассылка, либо переставляет на свой корр.счет в полунастоящий банк, а там, соответственно, на другой молдавский банк и с того молдавского банка уже на настоящий и потом идет рассылка. Делается это для того, чтобы было не видно как ушли деньги, как связан начальный отправитель с конечным получателем. Можно делать любой вид валюты, можно нерезедентный рубль держать на корр.счете в молдавском банке. Нерезедентный рубль – это рубль, который уже прошел валютный контроль и готов к отправке. Она достаточно примитивная, там ничего нового приделать нельзя. Разрослась она так потому, что, по сути, был единственный дешевый быстрый и удобный канал отправки. В то время, когда она вышла на пиковые обороты после 2011-2012 годов, уже регулирование не позволяло нормальным банкам делать такие операции, поскольку они рисковали отзывом лицензии. Поэтому, если Вы посмотрите на список кредитных организаций, которые стояли в цепочке, то это в основном кредитные организации не имеющие стоимости. Все прекрасно понимали, что такой банк проживет какое-то время, пусть даже более менее длительное, но не долгое, и развивать такой банк как банк, это абсурд. Поэтому все прекрасно знали что происходит и как происходит. Но уровень комиссии, который тогда уже был по этим операциям на рынке позволял считать экономику как высоко рентабельную, высоко прибыльную. В 2005 году эта операция стоила 0,1% от оборота, в 2011-2012 году она могла стоить 10-11% от оборота. Вот такая разница в связи с ужесточением урегулирования. Поэтому, если в 2005 году это исполнял любой российский банк по щелчку, то в 2011-2012 и далее это стало серьезной проблемой особенно для экспортеров/импортеров, и людей, которым нужно было куда-то деть деньги, которые лежат некорректным образом.
Что Вам известно о том, какой процент предлагал Платон за свои услуги?
Здесь нельзя взять константу, это будет не справедливо, так как там была плавающая ставка, которая зависела от объема, вида валюты, куда вы хотите получить деньги, с какой скоростью вы их хотите получить, сколько вы готовы оставить на остатке. Я, например, знаю, что по оборотам у Григорьева в «Русском земельном банке» 30% от оборота должно было лежать на счетах, что критично важно для ликвидности банка, потому что, если в банке дырка, например, ликвидность пострадала или капитала нет, или он отрицательный, то это критично важно. Я так понимаю, что Платон встречался только с оптовыми товарищами, которые поставляли не конечному клиенту. Как я понимаю, конечный клиент был только один – это железная дорога, а для оптовых товарищей всегда соответствующая оптовая скидка, как это обычно происходит. Поэтому, я полагаю, что цифра, которую получали они на входе – это 3-4% в то время, сейчас бы это стоило дороже в два раза. Ну, кто-то 5, кто-то 2,5, тут зависит от договоренностей.
Скажите, пожалуйста, в молдавской схеме на территории Молдавии какой банк был задействован?
В молдавской схеме было задействовано 80% системы. Я не помню все названия молдавских банков, их не мало, но я точно знаю, что первым был «Молдинком», потом «Виктория» один из крупнейших, потом «Уни», «Юниверсал», я не помню все названия. Если честно, у нас не было дочернего банка в Молдавии, поэтому я не так хорошо знаю систему, но то, что 80% банков контролировал Плахотнюк.
Вам известно что-то о «Молдинком» банке?
Казной в Молдинком всегда занималась сестра Славы – Елена. Под ней, по сути, находились все департаменты, связанные с обслуживанием операционной деятельности и казначейство. Изначально, когда мы в Литве встречались в середине 2000-х, в Латвии, весь бизнес Молдинкома, именно операционную часть, вела Елена Платон. Она приезжала неоднократно в Прибалтику потому, что они поддерживали с нами корреспондентские отношения постоянно, так как у нас корр.сеть была большая и для нас, если честно, Молдинком был небольшим контрагентом, но тем не менее целый банк. Поэтому они взаимодействовали со Сноасом и ЛКБ довольно активно. Единственная ковенанта, которую мы ставили всегда – это ноль платежей из РФ, так как у нас в России был большой банк и мы не хотели последствий со стороны регулятора по отношению к нам, а с Украины они платили и с Казахстана.
На территории Украины у Платона находился какой-то бизнес, юридические компании, которые сопровождали эту схему?
У Славы в Украине был большой офис и очень «веселые» взаимоотношения с украинским эстэблтшментом. Я понимаю, что все понимают что такое Украина, не нужно объяснять, и то, что в Украине другое законодательство по таким операциям, но оно похоже на Российское и там тоже существует такая проблема, но она проще решается потому, что более бардачный регулятор, правоохранительных органов в нашем понимании нет, поэтому вроде как запрещено, но разрешено. Цена дешевая, не такая как в России, но большой объем потому, что из Украины просто заплатить проблема. Я с Платоном очень много раз встречался именно в Киеве, так как как минимум один раз в месяц у меня была командировка в Киев. Мы встречались в Киеве у нас в офисе. Почти все Украинские банки работали через Молдинком. Я, конечно, понимаю, что по объему операций Украина не сопоставима с Россией, но это был для него значительный рынок. Плюс он знал очень много людей из Украинского эстэблишмента (перечисляет фамилии людей из правительства). У Славы были хорошие отношения с Нацбанком, у него не было своего банка поскольку не было смысла, но представительно Молдинком работало там в полный рост.
Вам Платон рассказывал какие именно банки были непосредственно задействованы в молдавской схеме на территории РФ?
У Григорьева был Западный, РЗБ, Темпбанк, достаточно крупный. Кузьмин – это Европейский экспресс, Регионинвест. Их было штук 60.
Поэтому и хотели Советский сложить в эту историю, так как банк был относительно крупный, 30 миллиардов активы по балансу, была корр.сеть не плохая, и объем платежей можно было запустить большой, то есть это было бы не так заметно, как на каком-то там банке Интеркапитал, где нет ничего кроме 10 миллионов долларов баланса, включая капитал и одного офиса в Москве в подвале. В Украине была другая ситуация. Там так или иначе все работали приличные нормальные банки, в том числе Райфайзен, через эту историю. Просто там все по-другому, там другой регулятор, другой надзор, там не так все происходит.
Вы лично с Кузьминым и Григорьевым знакомы?
С Григорьевым я знаком, с Кузьминым нет. С Григорьевым я познакомился при следующих обстоятельствах. Когда у нас с отцом беда случилась с Литвой в 2011 году, у нас возникло первое ошибочное желание купить Российский банк. Соответственно, мы начали подыскивать банк и нам было предложен РЗП в качестве объекта сделки. Григорьев прилетал ко мне в Лондон, где мы общались с ним пару дней. Он достаточно откровенно рассказал мне что там происходит с состоянием банка и операциями. Поскольку я всю сознательную жизнь занимаюсь этим бизнесом, было понятно, что банк не жилец, что я и сказал Александру, что с учетом операционки, которую он вел – это конец. Он сказал, что все прикрыто по документам, есть все соответствующие заключения, что все четко прикрыто с точки зрения правоохраны. Собственно, опять же тогда прозвучал Коркин. Все прикрыто с точки зрения Молдавии, поэтому все запросы, которые будут отправляться, будут биться. На что я сказал, что проблема не в том, что там по бумагам, не надо меня считать за идиота. Поэтому мы не пошли в эту историю. Тогда он предложил войти в капитал Западного, но банк Западный был достаточно крупный Российский банк, в сотню не входил, но во вторую точно входил. И здесь может мы и готовы были на этот проект, но в него уже запустили вирус и он уже был в таком объеме, который говорил о том, что он не жизнеспособен.
Что Вы подразумеваете под словом вирус?
Вирус – это платежи по ландромату. Регулятор достаточно четко все это видит, и Росфинмониторинг все это видит, поэтому может какое-то время это может быть и можно по согласованию с каким-то дяденькой Черкалиным, то будет работать, но все равно это рано или поздно закончится. Поэтому, если вы уже допустили туда, то это не выйти.
А инициатива по поводу того, чтобы купить банк Григорьева от кого исходила?
От самого Григорьева, поскольку он купил Западный и был готов продавать РЗБ. Но я думаю, что он может быть его бы и продал кому-нибудь, если бы нарвался на людей, которые меньше, чем мы разбираются. А поскольку он уже не успел это сделать, так как ЦБ отозвал лицензию именно за это, а потом уже стало видно дырку и тд, то в общем у Западного тоже шла к концу.
Вы с Кузьминым лично не знакомы, но вместе с тем Вам известно, что банк Кузьмина тоже работал?
Конечно. Дело в том, что Григорьев, когда купил Западный, он пытался взять и прекратить эти операции, заняться банковским бизнесом и как-то у него не задался диалог с Плахотнюком, он мне сам это рассказывал. Он даже летал неоднократно с ним общаться. И на сколько я понял, Европейский экспресс стал заменой основного корреспондента. Потом уже появилась Прибалтика. А на каком-то этапе Европейский экспресс пустил эти платежи не считая, что в этом есть что-то плохое, либо делая вид, что не считая. Вообще любой профессиональный человек, который хотя бы 5 лет в банке проработал, хорошо понимает что это такое, то есть это не есть какая-то тайна. Можно любых документов наделать, что это все хорошо, но все же видно.
Кто подбирал клиентов, чтобы вывести денежные средства из РФ?
Дело было не в том кто их подбирал, их не надо было подбирать, их было так много, что они искали возможность. А дальше просто нужно было им дойти до правильного контрагента. Самая основная часть заработка у тех, кто на фронте, кто работает с клиентурой, кто ставит тарифы. На сколько мне известно, этим занимался Слава Платон лично, Коркин, да кто только не занимался потому, что поток, Власов.
Если мы посмотрим список банков, то их море. И здесь же вопрос еще в том, что с тем банком, с которым вы работаете, вы тоже должны согласовать потому, что в банке не дураки и понимают как это все делится. Плюс те банки, которые стояли в цепочке, у них тоже были свои клиенты, которые тоже шли на поток, и они должны были это согласовывать с контрагентами здесь, с Платоном или с Коркиным, поскольку Коркин фактически являлся представителем Плахотнюка, а Платон был партнером Плахотнюка. Не известно кто еще старше или младше. В то время нет ни одного канала, по сути, это был единственный канал. Он был многогранный, много банков, но последний шлюз один. Тогда нужно было сказать только то, что мы можем.
Вас лично Платон Коркину представлял? Вы знакомы?
Мы знакомы были очень плохо, на мероприятиях разнообразных. С ним взаимодействовала Чувилина, на каких-то мероприятиях, тусовках.
Ну и, если честно, то банковский мир довольно тесен и все друг друга знают. Мы же все-таки были крупной организацией, одной из самых крупных банковских групп, поэтому, конечно, постоянно присутствовали на каких-то мероприятиях. Но от массы своих знакомых и товарищей я слышал информацию о том, что это серьезный человек, который представляет интересы «молдавского папы» и, соответственно, решает любые вопросы, так как хорошие связи в штатах, здесь. Назывались фамилии людей, как знаете в книжке, кого в слух не называют.
Скажите, пожалуйста, Вам Коркина представляли по фамилии или по имени?
Я видел два документа. Я видел документ на имя Коркина, потому что служба безопасности у нас веселая была, и Кузнецова. Почему это делалось тогда, потому, что когда человек занимается таким видом бизнеса, то иногда, когда ты куда-то приходишь, то лучше сказать, что ты там не был.
Возвращаясь к Соболеву и Пахомову, относительно роли в «молдавской схеме», можете рассказать именно про Соболева в «молдавской схеме»?
Ну, по сути, это человек, который был равноправным партнером Платона и Плахотнюка, как следствие, на территории РФ. То есть это человек, который обладал определенным ресурсом в нашей правоохранительной системе, человек, который обладал знаниями и большой юридической компанией «Праймэдвайз», который мог приобрести нужные активы, подобрать нужных людей, поставить управление на этих активах. Это был серьезный такой партнер, а не просто сторонняя организация, которую наняли на одну-две транзакции».